Андрей Кощиенко - Книга первая: Черт-те где.[СИ]

— Оставь нас! — неожиданно сказала Эда, обращаясь к дозорному.

— Как изволите, госпожа! — ответил тот и, сдвинув свой горн за спину, начал спускаться по лестнице.

Не глядя больше на стражника, сестра развернулась к нему спиной и подошла к парапету башни. Лёгкий ветерок тут же принялся играть с её светлыми волосами, создавая летящую паутинку. Эда молча, глядела куда-то за горизонт, словно позабыв о моём присутствии.

Кажется, сейчас будет неприятный разговор, — подумал я, подходя к парапету башни рядом с сестрой, — ну, пусть начинает, посмотрим, что она мне хорошего скажет.

Эда, однако, не торопилась начинать и я, воспользовавшись возникшей паузой, принялся разглядывать открывавшуюся с башни панораму.

Где-то далеко вдали, на фоне голубого неба, выделялась синяя горная гряда. Пространство между ней и замком заполняли, сливаясь у гор в одну линию, желтые и зелёные участки земли.

Наверное, леса и поля… — подумал я и глянул вправо. Справа был город. Он начинался чуть ли не под стенами замка и уходил своими рыжими черепичными крышами вправо, за реку. Река была широкой, текучей и блестела на солнце, намекая на прохладу и свежесть.

Интересно, глубокая или нет? — подумал я, разглядывая бегущую воду, — наверняка, и рыба есть…

Додумать я не успел.

— Эри… я хотела тебя спросить… — начала Эда.

— Мда? — ответил я, отвлекаясь от созерцания окрестностей.

— Это правда, что ты убил служанку? — резко развернувшись ко мне лицом, спросила Эда.

— Не-а, — протянул я, — неправда!

— Да? — пытливо всматриваясь в мои глаза, спросила сестра.

— Ага, — кивнул головой я.

— А..аа, а кто тогда?

— Её убило чудовище… — глядя в глаза сестры, совершенно спокойно ответил я.

— Правда? — с облегчением в голосе спросила она.

— Правда! — ответил я.

А то, что этим чудовищем был твой брат, тебе знать не обязательно… Я ведь вроде сейчас за него… — про себя подумал я.

— Ой, Эри, я так рада, что это неправда!

— Да? А почему? — спросил я её.

— Ну… — сказала сестра и отвела глаза.

— И всё-таки? — настоял я.

— Эри, я так боюсь за тебя, — ответила сестра, смотря в сторону, — последнее время ты совсем перестал быть похожим на моего младшего брата, которого я знала!

— Что с тобой происходит, Эри? — сестра подняла на меня полные грусти глаза, — скажи мне!

Что происходит, что происходит? Крыша у Эри едет, вот что происходит! Ну и что ей сказать?

Что бы такого придумать, что бы я тут был не причём? О! Идея!

— Это магия, — ответил я, глядя на сестру.

— Что магия? — с недоумением спросила она.

— За всё приходится платить, — со спокойным видом пожал я плечами, — занятия магией берут свою плату…

— Я так и знала! — воскликнула сестра, хлопнув от избытка чувств ладонью по каменному парапету, — отец, брат, теперь вот ты!

— А что брат? — спросил я.

— Он тоже давно на себя не похож… — после паузы, тихо сказала Эда.

Мда? Групповая семейная шизофрения? Или дурная наследственность? А собственно, не всё ли равно? Мне-то какое дело? Я тут так, проездом…

— Я думаю, всё будет хорошо! — уверенным голосом сказал я фразу — успокоилку.

— Правда? А мне кажется, что дальше будет только хуже… — печальным голосом сказала сестра, теребя плетеный поясок на своём платье, — иногда мне кажется, что это дурной сон. Что нужно только проснуться и всё будет как прежде…

Так, Эда, похоже, собирается закончить разговор слезами! Если я не хочу, что бы мне плакались в жилетку, нужно поговорить о чём-нибудь другом…

— Мне кажется, ты преувеличиваешь! — бодро сказал я, — вот увидишь, скоро всё образуется. Найдёшь себе жениха, выйдешь замуж, заведёшь хозяйство, и все твои нынешние тревоги через пару лет покажутся тебе смешными и надуманными!

— Замуж? — клюнула на смену разговора Эда, — это за кого же?

— Ну, прям так и не за кого! Мне же вот нашлась половинка. И тебе найдётся!

— Я не хочу так! — нахмурилась сестра.

— Как так?

— Как кота в мешке! Я по любви хочу!

Хм, и тут все хотят по любви! На Земле с ней носятся, не зная, куда бы ещё её приткнуть, что бы на ней заработать, и здесь похоже любовь — фэйворит фудс! Вот уж любители любви!

— А что плохого в практичном подходе? — спросил я, — когда родители выбирают, наверное, в первую очередь о своих детях думают?

— Ничего ты Эри не понимаешь! Это их выбор, а я хочу сама выбрать!

— Ха! Тогда тебе нужна свобода, а не любовь! — ответил я.

— Это почему?

— Ну не я же произнёс слово сама? А сама — это значит, сделала, как хочу! Или свобода, если коротко. Или я не прав? — спросил я задумавшуюся сестру.

— Ну… может быть… Я как-то об этом не думала… - задумчиво протянула та.

Вот и подумай! — подумал я, — мож чего и придумаешь… Мне тоже нужно думать, как свалить отсюда. Не расслабляться, а думать, думать и думать! Ежесекундно, ежеминутно, ежечасно думать! Иначе придётся исполнять дурацкое пророчество, на радость всяким вечно живущим…

— Эри! Ты о чём задумался? — выдернула меня сестра из моих мыслей.

— Я? О своей невесте! — с ходу выдал я, первое пришедшее в голову.

— Да? — заинтересованно спросила Эда, — и о чём же именно ты подумал?

— Да вот думаю, удаться ли мне научить её бить в барабан и маршировать?

— Что? — изумлённо сморгнула Эда.

— Да так… — ответил я.

— Зачем ей бить в барабан?

— В поход пойдёт!

— Да ну тебя! Я серьёзно его спрашиваю, а он дурака валяет! — обиделась сестра.

— Да чё там думать! Ну, невеста! Две руки, две ноги, голова! А! Ерунда всё это! — отмахнулся я.

— Ну, Эри, как же ты не понимаешь! Свадьба — это ведь такой момент, которого каждая девушка ждёт всю жизнь!

— Ну, прям таки и всю! Потом это кажется не мой вариант! Уж меня-то она точно не ждала! — ответил я.

— Это ужасно, Эри! — искренне сказала сестра.

— Зато удобно! Не нужно носиться в поисках суженной, выяснять любит она тебя или нет, каково её приданое…

— Бедный Эри! — сестра неожиданно протянула руку и погладила меня по голове, — не переживай! Я буду молиться, чтобы Фелия оказалась хорошей девушкой и полюбила тебя…

— А я? А как же я? Кто за меня молится, будет? — уворачиваясь от гладящей меня руки, воскликнул я.

— Я буду молиться за вас обоих! — щедро пообещала Эда.

Что-то разговор принял какое-то душеспасительное направление, — подумал я, — нужно завязывать с этими слёзными речами…

— Слушай, Эда! Что-то тут становится жарковато! Не пойти ли нам в тенёк? — предложил я.